- Эй, ты что?

- А чё?

- А ничё, тут люди ходят!

- Да пошел ты, козел старый!

- Куда?

Он удивился, слез со стремянки, молодой и наглый акселерат ростом с меня, но предупредил честно:

- Ё…ну счас!

Стою и думаю: челюсть ему сломать или ребро? И вдруг он - эдак презрительно, сквозь зубы - плюнул мне в лицо. Тут я думать перестал, отвернулся, будто утираясь, и с разворота хукнул ему в зубы так, что он, падая, ими подавился. Кровь, крик, он подскочил, схватил отвертку. Пришлось руку ему свернуть. Может, сломал, - не знаю.

Пошел себе дальше. А он остался лежать на подвернутой руке, вопить: «Убью! Сука!»

Пришел домой, налил себе, конечно, полстакана - думаю, за что пацану зубы выбил?

Выпил, успокоился - точнее, задумался.

Что ж я теперь, так и буду ходить и искать, кому отомстить за то, что они молодые, а я - в тираже?

Подошел в прихожей к электросчетчику, спрятанному в нише за стеклянное окошко. Открыл это окошко, сдвинул наверху стальную заслонку и достал из тайника полиэтиленовый пакет со своими папочками. А в папочках - копии тех дел, которые я вел в конторе. Конечно, этих документов у меня дома быть не должно. Да только пошли вы подальше со своими правилами!

Грозный, авизо… Нет, эти документы уже никому не продашь, это история.

Братск, целлюлозный комбинат…

Воркута, угольные шахты…

ОППГ - организованная питерская преступная группировка…

Убийство Листьева. Стенограммы допросов его друзей и «близких»…

«Бэнк оф НьюЙорк», расшифровка койкаких «семейных» разговоров по мобильным телефонам относительно той красивой операции увода последнего транша МВФ в оффшоры, после чего рубль рухнул и вся страна была ограблена своими же банкирами…

Снова Чечня, война генералов за крышевание над самопальными нефтяными скважинами и ставки блокпостов за нелегальный проход бензовозов…